О себе Деятельность за рубежом Научные и методические труды, тексты статей Книги и фильм Логопедическая помощь взрослым и детям Мастер-класс по логопедическому массажу для специалистов

Внимание!
Елена Александровна Дьякова,
Президент Международного Института Речевой Патологии,
проводит
ВЫЕЗДНЫЕ
АВТОРСКИЕ
МАСТЕР-КЛАССЫ. 


Обновленную информацию смотрите на сайте Международного Института Речевой Патологии

Заявки на выездные мастер-классы отправлять по адресу:
 logomassage@gmail.com 
Подробнее 

СРАВНИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ РЕЧЕ-ЯЗЫКОВЫХ ПАРАМЕТРОВ У ЛИЦ С НОРМАЛЬНОЙ РЕЧЬЮ И ЗАИКАЮЩИХСЯ
 
Белякова Л. И., Дьякова Е.А.
 
Монологическое высказывание является наиболее сложной формой экспрессивной речи. В практике общения монологическая речь проявляется в самых разнообразных видах. Ее общая и характерная особенность заключается в последовательном, связном, целенаправленном и предварительно спланированном изложении мысли одним лицом. Именно благодаря предварительному планированию монолог характеризуется как стройная и в смысловом отношении организованная структура. Это обеспечивается благодаря адекватному набору лексических знаний и синтаксических конструкций, а также грамматически правильному построению высказываний в виде полносоставных предложений, что вкупе должно отражать замысел говорящего (Л.П. Якубинский [22], Л.С. Выготский [6], А.А. Леонтьев [И] и др.). По мнению ряда исследователей, осуществление монологического высказывания предполагает наличие этапа так называемого внутренне-речевого программирования. Процесс программирования высказывания непосредственно вплетен в процесс производства речи и носит опережающий характер (Л.С. Выготский [6], А.Р. Лурия [12], Т.В., Ахутина [2], Н.И. Жинкин [8]). Предполагается, что особенно интенсивно процесс программирования осуществляется во время пауз хезитации. В работах А.Н. Соколова [16], F. Goldman-Eisler [26], Э.Л. Носенко [13, 14], Л.В. Иноземцевой [9] показано, что длительность и локализация пауз хезитации отражают мыслительную активность говорящего, связанную с порождением высказывания на уровне выбора языковых единиц и грамматических конструкций.

В современной литературе имеются указания, свидетельствующие о специфических особенностях связной речи заикающихся. Экспериментальные исследования Л.И. Беляковой [3], Л.И. Беляковой, В. Мата-новой, Э.Р. Саитбаевой [4], Э.Р. Саитбаевой [15] показывают, что у заикающихся в дошкольном возрасте имеется определенная тенденция к патологическому формированию монологической устной речи. Описательные характеристики монологических высказываний заикающихся детей школьного возраста, представленные в работах Н.А. Чевелевой [21], А.В. Ястребовой [23, 24], Т.Б. Филичевой [18], также указывают на специфические особенности организации этой формы речевой активности. Известно, что заикание у взрослых, как правило, является следствием возникшего в детстве и принявшего хроническое течение речевого расстройства. Ряд авторов (М.Е. Хватцев [20], ТА Болдырева [5], Н.Н. Станишевская [17], Ю.И. Кузьмин [10], Е. Buyssens [25], G.A. Soderberg) свидетельствуют о том, что у заикающихся взрослых имеются значительные затруднения процесса оформления высказывания средствами языка не только в силу судорожных проявлений в речевых мышцах.

Приоритетное развитие в последние годы получило новое направление в изучении речевой патологии и, в частности, заикания, учитывающее уровень нарушения порождения речевого высказывания (И.Ю. Абелева [1], Ю.И. Кузьмин [10], Л.Б. Халилова [19], Э.Р. Саитбаева [15] и др.).

Особый интерес представляет сопоставительный комплексный анализ языковых и внешне-временных характеристик речи, как структурно взаимосвязанных компонентов единой функциональной системы речевой деятельности человека (Э.Л. Носенко [14], Л.В. Иноземцева [9]). В связи с этим задачей данной работы является изучение специфических особенностей организации монологического высказывания взрослых заикающихся по сравнению с нормой с точки зрения внешне-временных и структурно-языковых характеристик.

Методы исследования
 
Методика исследования представляла собой анализ двухминутного монологического высказывания на доступную, детально знакомую всем испытуемым тему "Моя работа", которая являлась стандартным тестом исследования вербальной продукции у взрослых заикающихся (J. Johnson, F.L. Darley, D.C. Spriesterbach [27]).

Анализировалось также чтение текста объемом 200 слогов. Запись речи проводилась открытым способом после трехминутной адаптации испытуемого к условиям эксперимента.

Образцы речи испытуемых обрабатывались по специальной программе на ЭВМ (Е.А. Дьякова, 1995), в результате которой были получены последовательные значения временных интервалов звучащей речи и пауз, что в сопоставлении с речевыми образцами дало точную картину пауз, возникающих в речевом потоке. Паузой считалось любое отсутствие акустического сигнала, независимо от причин, вызвавших ее.

Анализу подвергались следующие параметры:

1. В каждом речевом образце подсчитывалось количе ство пауз (в процентном отношении) следующих длительностей:
0,1 - 0,2 с; 0,2 - 0,3 с; 0,3 - 0,4 с; 0,4 - 0,5 с; 0,5 - 0,6 с; 0,6 - 0,7 с, 0,7 - 08 с; 0,8 - 0,9 с; 1,0 с и выше.

2. Определялся коэффициент интонационной завершенности, т. е. насколько часто логическое завершение фразы совпадало с ее интонационным завершением.

3. Определялись особенности организации содержательной стороны монологического высказывания:

а) особенности выбора слов;

б) особенности грамматического оформления высказывания;

в) особенности семантического оформления высказывания.

4. Проводилась качественная оценка продуцированного испытуемыми текста, как сложного синтаксического целого.

Достоверность полученных результатов оценивалась с помощью критерия Стьюдента. Проявление судорожной активности мышц речевого аппарата в процессе чтения и монологического высказывания определялось аудиентным методом экспертной оценки.

Исследование проводилось на контингенте взрослых, страдающих средне-тяжелым заиканием, принявшим хронический характер (66 чел.) и в группе лиц без речевой патологии (20 чел.). Заикающиеся представляли собой клинически неоднородный контингент, и на основе данных клинико-психологического обследования были разделены на две подгруппы. В первую подгруппу входили заикающиеся, имеющие выраженную невротическую симптоматику, во вторую подгруппу - заикающиеся без выраженной невротической симптоматики, но в анамнезе которых имелись признаки речевого органического поражения ЦНС (резидуальной церебро-органической недостаточности). По возрасту, полу и образованию испытуемые были практически идентичны. Все заикающиеся имели среднее или высшее образование. У них не отмечалось прогредиентных психических заболеваний и выраженной симптоматики, свидетельствующей о локальном органическом поражении мозга. Анализ их дневниковых записей свидетельствовал о хорошем уровне владения русским языком, достаточной палитре лексических средств.

Результаты исследования

1. Процесс паузирования
 
У лиц контрольной группы в процессе чтения текста локализация пауз строго соответствовала синтаксическому членению текста, т. е. была лингвистически обусловлена. При этом паузы длительностью от 0,2 до 0,6 с являлись наиболее характерными для чтения текста. Паузы от 1 с и выше локализовались только на границе гаду предложениями. Для монологического высказывания наиболее характерными являлись паузы хезитации дальностью от 1 с и выше. В основном эти паузы имели место внутри синтагматического целого и были связаны с затруднениями, возникающими в процессе оформления высказывания средствами языка. В этих случаях возникновению пауз часто предшествовали особые интонации нерешительности, растягивания конечного гласного в слове, предшествующем искомому слову или такие паузы прерывались нефонологическими вокальными образованиями типа: "м-м-м", "э-э-э" и т.п. Паузы длительностью от 1 с и выше отсутствовали в середине клишированных, привычных речевых оборотов и между словами, обладающими высокой степенью сочетаемости.

У заикающихся в отличие от нормы наиболее характерными паузами в обоих видах речевой продукции являлись или очень короткие (от 0,1 до 0,3 с), или длительные (от 1 с и выше). В процессе чтения локализация и длительность возникающих пауз в основном не зависела от синтагматического строения текста, в связи с чем его структура нарушалась. Локализация пауз носила как интер-, так и интравербальный характер. Причем часто паузы, даже формально находящиеся на границах синтагм и предложений, по длительности не отличались от интравербальных. G другой стороны, границы синтагм и предложений у заикающихся могли вообще не маркироваться паузой.

При монологическом высказывании у заикающихся большая часть всех пауз была расположена внутри слов. Паузы между словами и даже на границах законченных в смысловом отношении фраз регистрировались значительно реже, чем в норме.

Анализ речевых образцов заикающихся с преимущественно клоническим и тоническим типом судорог выявил закономерную связь длительности пауз, имевших место в речевом потоке, с типом судорог.

Несмотря на то, что процесс паузирования у заикающихся имел существенные отличия от нормы, прослеживалось определенное чередование относительно "слитных" и "прерывистых" периодов речи, т.е. речевая моторная активность, как и в норме, характеризовалась определенной ритмичностью, хотя эту ритмичность можно было считать условной и существенно отличной от нормы. Так, слитный период речи у заикающихся состоял из относительно бессудорожной речевой продукции и был довольно коротким: несколько слов произносились слитно, в более ускоренном темпе, без пауз даже в синтаксически обусловленных местах. "Прерывистый" период, напротив, характеризовался наличием большого количества пауз, заполненных в основном судорожной активностью мышц речевого аппарата. Часто эти паузы могли прерываться эмболами, нефонологическими вокальными образованиями, ложными началами, семантически нерелевантными повторами.

Количество длительных пауз у заикающихся первой подгруппы было значительно большим, чем в норме. Особенно это проявлялось в монологическом высказывании.

У заикающихся второй подгруппы по сравнению с нормой также было больше длительных пауз, однако их количество не зависело от речевой задачи: в монологе у них регистрировалось столько же длительных пауз, как и при чтении.

2. Интонационное оформление
 
Исходя из имеющихся представлений о фразе как коммуникативной единице речи, обладающей интонационно-смысловым единством, был проведен сравнительный анализ особенностей интонационного оформления фраз, законченных в смысловом и грамматическом отношении.

Было выявлено, что у лиц с нормальной речью фразы, законченные в логико-грамматическом отношении, как правило, маркировались паузой и интонацией завершения. У заикающихся первой подгруппы 20,2 % всех фраз монологического высказывания характеризовались интонацией незавершенности. У заикающихся второй подгруппы 48,5 % всех фраз, законченных логически, имели интонацию незавершенности.

Интонационное оформление речи у двух подгрупп заикающихся характеризовалось рядом однотипных особенностей, не характерных для нормы. Во-первых, не отмечалось явлений, которые сопутствовали паузам хезитации в норме: особые "интонации" нерешительности, растягивание конечного гласного в слове, находящемся перед паузой. Во-вторых, отмечалось нарушение синтагматического ударения внутрифразового единства. Кроме того, отсутствие интонационных маркировок окончаний фраз зачастую сопровождалось отсутствием пауз в этих местах.

3. Особенности организации содержательной стороны монологического высказывания заикающихся
 
I. Особенности выбора слов

Речь заикающихся по сравнению с речью лиц контрольной группы характеризовалась меньшим уровнем словарного разнообразия. Это происходило в результате использования заикающимися большого количества слов, наиболее частотных в их идиалекте, повторения шаблонных слов и фраз, как правило, характерных для их профессиональной деятельности (пример 1), а также эмболов, поисковых слов и семантически нерелевантных повторов одних и тех же лексических единиц (пример 2). Одно и то же слово использовалось заикающимися многократно на протяжении единого высказывания, иногда приобретая характер персеверации. Повторение одних и тех же лексем приводило к кажущемуся "многословию", хотя используемая лексика по сравнению с нормой была существенно ограничена.
Пример 1: "Наш участок делает заказы по заказам населения. Я работаю на участке сметчиком, составляю сметы по заказам населения".

Пример 2: "...значит это самое э-э-э... значит делали на нашем заводе ... значит многие платы ... значит ... ну ... я значит раньше тоже делал, так сказать ... значит ... вот значит ... доработку плат".
Следующей специфической особенностью выбора слов у заикающихся являлось наличие лексических единиц, ошибочно употребленных по смыслу в данном контексте, т.е. парафазии. В их речи встречались парафазии, которые можно было расценить как антонимические (пример 3). В более редких случаях встречались парафазии - синестезии (пример 4).
Пример 3: "Права (вместо: обязанности) такие у меня: оплата труда, расценить все наряды, отдать их в бухгалтерию".

Пример 4: "Придя на работу к восьми часам, мы сперва готовим свое рабочее время (вместо: место)".
В основном употребление парафазии носило антиципационный характер, т.е. лексическая единица появлялась несколько раньше, чем это требовалось по смыслу высказывания (пример 5).
Пример 5: "Я учусь в Ташкентском политехническом факультете (вместо: институте), на геологоразведочном факультете".
Ошибки антиципационного происхождения в более редких случаях встречались и на звуковом уровне (пример 6).
Пример 6: "... подготовких моих музыкантов".
Допущенные ошибки не корректировались заикающимися.

II. Особенности грамматического оформления высказывания

В речи заикающихся выявилось большое количество нарушений грамматического оформления высказывания. Одной из наиболее характерных особенностей речи заикающихся явилось нарушение грамматического согласования внутри одной фразы или между отдельными частями высказывания (пример 7).
Пример 7: "Я учу ученикам".
"Какая работа там должна делать, все делаю".
"Замешивается крутое дрожжевой тесто".
Эти ошибки не корректировались заикающимися в процессе высказывания. В речи заикающихся наблюдалось большое количество грамматически и логически незавершенных фраз. Заикающиеся не реализовывали речевое намерение до конца, хотя по смыслу слушатель мог реконструировать концовку фразы (пример 8).
Пример 8: "Если есть какая-то поломка или что там, то мы сразу... И что сказать Вам еще?".
Для речи заикающихся было также характерно наличие "ложных начал" на уровне фразы, что приводило к ее обрыву и переформулировке (пример 9).
Пример 9: "И в дальнейшем мы ... и в дальнейшем этот больной проходил курс облучения".
"Я, я должен ... я обслуживаю машины".
"Цех, который, ну ... В цехе, в котором я работаю".
Переформулировка "ложного начала", как правило, была связана с коррекцией грамматической конструкции фразы или подбором более адекватной лексики. В ряде случаев появление ложной лексической единицы антиципационного происхождения также являлось причиной грамматического обрыва фразы (пример 10).
Пример 10: "В общем ж ... первый год жили в общежитии". "Я прихожу наряд. Получаю наряд".
Надо отметить, что в данном случае учитывались лишь такие обрывы начатой фразы, которые не были обусловлены судорожным происхождением. Сочетание незавершенных фраз с "ложными началами" и переформулировками в некоторых случаях приводило к значительной "разорванности" речи заикающихся и синтагматическому строению высказываний. Фразы, которые в результате грамматической нецельности могли быть представлены как синтаксически непрерывные цепочки, членились на отдельные синтагмы, смысловые связи между которыми выражались скорее способом соположения, чем формально-грамматическими средствами (пример 11), что квалифицировалось нами как ослабление грамматической связности текста у заикающихся.
Пример 11: "Тем более, тем более, мне сейчас, первое время, э ... мне сказали сделаешь, чтоб я ... сделал, а так мне сейчас, это ... технологию, все ... паспорта, так, пока это все прочитаешь, а ... а потом начинаешь только работать".
В некоторых случаях грамматические связи в высказывании настолько ослабевали, что реконструкция лексико-грамматических отношений была практически невозможной. В этих случаях при передаче смысла высказывания заикающимися были задействованы в большей степени экстралингвистические средства, чем лексико-грамматические (пример 12).
Пример 12: "... иногда возв ... вот ... возникают споры, что до чего ... и до и ... и до как, до и ... и до нервной психики доводят".
 
III. Особенности семантического оформления высказывания

У заикающихся, в отличие от лиц с нормальной речью, наблюдалось такое явление, как аморфность структуры сложного синтаксического целого (сверхфразового единства). Говорящий в процессе высказывания отвлекался от изложения основной мысли, сообщая побочные сведения, или переходил на другую тему, не связанную с заданной. Особенно часто такие ассоциативные отступления наблюдались в высказываниях заикающихся с резидуальной церебро-органической симптоматикой, в результате текст становился аморфным и смысл высказывания размывался, хотя и не утрачивался.

У обследованных нами заикающихся наблюдалось большое количество семантически нерелевантных повторов как на уровне слова, так и фразы (пример 13).
Пример 13: "Ну эта специальность как это ... гм ... эта специальность очень ... гм ... гм ... и-и-и-интересная ... на занятиях мы на занятиях изучаем ... мы на занятиях изучаем минералы".
Часто такие повторения одних и тех же словосочетаний разделялись недифференцированными вокальными образованиями, паузами, эмболами, поисковыми словами, что значительно увеличивало время перехода от одной значимой лексемы к другой.

Частично возникновение таких редубликаций сопровождалось судорожным состоянием мышц речевого аппарата. Появление семантически нерелевантных повторов могло возникать и на фоне речевого потока, практически свободного от судорожных проявлений (пример 14).
Пример 14: "Так как я относилась добросовестно ... так как я относилась добросовестно к работе, то меня направили ..."
В речи контрольной группы семантически нерелевантные повторы на уровне фразы встречались лишь в единичных случаях.

В речи заикающихся наблюдались явления, которых не отмечалось у лиц без речевой патологии. Это проявлялось в семантической неполноте фразы, когда допускался пропуск семантически значимого слова (пример 15).
Пример 15: "Вот ... я по профессии электросварщик-арматурщик, и вся из сеток и каркасов ..." (Пропущено слово "арматура").
"Моя заключается в следующем ..." (пропущено слово "работа").
Как видно из примеров, логико-грамматическая структура фразы предполагала наличие пропущенного слова, т.е. оно было запланировано заикающимся на лексико-грамматическом уровне процесса порождения речи, хотя и не было произнесено. Кроме того, в речи заикающегося могли встречаться и семантические излишества, т.е. в одной фразе использовалось как слово, необходимое для данного контекста, так и его синоним, который являлся лишним по смыслу (пример 16).
Пример 16: "... я работал на первом комбинате номер один города Гродно".
Данные ошибки не корректировались заикающимися.

Применение методов статистического анализа позволило выявить достоверные различия между тремя группами испытуемых по всем выделенным нами показателям, характеризующим высшие лингвистические уровни речевого процесса. При этом различия между двумя группами заикающихся прослеживались только на количественном уровне в достоверно большей степени у группы заикающихся с признаками резидуальной церебро-органической симптоматики.

Результаты проведенного исследования свидетельствуют о том, что процесс паузирования в устной речи заикающихся существенным образом отличался от нормы. Прежде всего это было связано со сдвигом пауз с границ синтагм и точек неопределенности (хезитаций) на артикуляторно сложные отрезки текста, а также наличием большого количества пауз, заполненных судорожной активностью мышц речевого аппарата.

Дефицитарность пауз, необходимых для нормального протекания процесса внутренне-речевого программирования, отрицательно влияла на организацию и содержание устной речи заикающихся.

Использование заикающимися в устной речи большого количества высокочастотных слов и клишированных фраз, сниженный уровень словарного разнообразия указывали на упрощенный выбор лексических единиц. Заикающиеся произносили слова, которые как бы лежали на "поверхности" и не требовали поисковой работы. Семантически нерелевантные повторы и "опустошенные" лексемы, поисковые слова и эмболы нередко произносились заикающимися подряд, прерываясь паузами, заполненными судорожной активностью речевых мышц. Это в целом значительно увеличивало временной интервал от произнесения одной значимой лексической единицы до другой. Возможно, эти явления имели компенсаторный характер, так как удлиняли период, необходимый для планирования речи. Наличие парафазии антиципационного характера указывало на факт "сбоев" процесса реализации запланированного высказывания.

Таким образом, можно думать, что наличие судорожной активности в мышцах исполнительного аппарата речи, нарушающей результат действия функциональной системы речи у заикающихся, искажает процесс внутреннего планирования и перехода психической части речевого процесса на моторный уровень реализации, т.е. дезорганизация моторного звена речи вызывает поиск новых путей планирования экспрессивной речи.
 
ЛИТЕРАТУРА

1. Абелева И.Ю. Экспериментальные наблюдения за поведением глотки заикающихся в процессе порождения речи / Дефектология, 1976, № 5.
2. Ахутина Т.В. Порождение речи. Нейролингвистиче- ский анализ синтаксиса - М., 1989.
3. Белякова Л.И. Клинико-физиологаческий анализ центральных патогенетических механизмов заикания / Дис. ... д-ра мед. наук. - Л., 1988.
4. Белякова Л.И., Саитбаева Э.Р., Матанова В. Особенности развития речи заикающихся дошкольников / Проблемы патологии речи. Тезисы Всесоюзного симпозиума. - М., 1989.
5. Болдырева Т.А. Психологическое исследование и коррекционная работа в системе медико-педагогического лечения затяжных форм заикания / Автореф. дис. ... канд. психол. наук. - М, 1989.
6. Выготский Л.С. Избранные психологические исследования. Мышление и речь. Проблемы психологического развития ребенка / Под ред. А.Н. Леонтьева и А.Р. Лурия. - М, 1956.
7. Дьякова Е.А. Монологическое высказывание взрослых заикающихся: Дис. ... канд. пед. наук. - М., 1994.
8. Ж и н к и н Н.И. Механизмы речи. - М., 1958.
9. Иноземцева Л.В. Особенности звучащей речи при различных функциональных состояниях / Теоретические и прикладные исследования психологии речи. - М., 1988.
10. Кузьмин Ю.И. Модели нормального процесса речи и механизмы речевых нарушений / Механизмы речевого процесса и реабилитации больных с речевыми нарушениями. - М., 1989.
11. Леонтьев А. А. Психолингвиетические единицы и порождение речевого высказывания. - М., 1969.
12. Л у р и я АР. Основы нейропсихологии. - М., 1973.
13. Носенко Э.Л. Объективные показатели уровня владения устной иноязычной (монологической) речью / Автореф. дис. ... канд. психолог, наук. - М., 1970.
14. Носенко Э.Л. Особенности речи в состоянии эмоциональной напряженности. - Днепропетровск, 1975.
15. Саитбаева Э.Р. Связная речь заикающихся дошкольников 6 -7 лет / Автореф. дис. ... канд. пед. наук. - М., 1992.
16. Соколов А.Н. Внутренняя речь и мышление. - М., 1968.
17. Станишевская Н.Н. Психологическое исследование личности взрослых больных, страдающих заиканием. / Клиника и терапия заикания / Под ред. Т. В. Морозова. - М., 1984.
18. Филичева Т.Б., Чевелева Н.А. Логопедическая работа в специальном детском саду. - М., 1987.
19. Халилова Л.Б. Характеристика связного высказывания и пути его формирования у учащихся с церебральным параличом / Особенности умственного и речевого развития учащихся с церебральным параличом. - М., 1989.
20. X в а т ц е в М . Е . Логопедия. - М., 1959.
21. Чевелева Н.А. Исправление заикания у школьников в процессе обучения. - М., 1978.
22. Якубинский Л.П. О диалогической речи / Русская речь / Под ред. Л.В. Шербы. Т. 1. Петербург, - 1923.
23. Ястребова А.В. Коррекционно-воспитательная работа с заикающимися школьниками, имеющими общее недораз витие речи / Автореф. дис. ... канд. пед. наук. --М., 1968.
24. Ястребова А.В. Коррекция заикания у учащихся общеобразовательной школы / Пособие для учителей-логопедов. -М, 1970.
25. В u у s s e n s E . Linguistic analysis of the speech of stutterers. Jn: NeuroUngustic approaches to stuttering. The Intern. symp. Brussels, 1972.
26. Goldman-Eisler F. Psycholinguistic: Experiments in spontaneous speech. - N.-J., 1968.
27. Johns J., Darley F.L. Spristerbach DC. Diagnostic methods in Speech Pathology. - N.-Y., 1963.
28. Henderson A., Goldman-Eisler, S k a r b e k R . Sequential temporal patterns in spontaneous speech. Language and speech. V. 9, 1966.

© Дьякова Е.А. Текст и фотоматериалы, 2006-2014.
© Блосфильд Е.О. Дизайн и разработка, 2006-2014.